Мануэль кастельс - галактика интернет. Мануэль кастельс Мануэль кастельс городской вопрос марксистский подход

Мануэль Кастельес - известный социолог, почетный доктор многих мировых университетов, участник огромного числа комиссий и групп, занимающихся проблемами глобального развития.

Кастельес родился в 1942 году, в Ла Манче, Испания. В 1958-1962 гг. изучал юриспруденцию и экономику в университете Барселоны. Из-за участия в движении протеста против режима Франко был вынужден бежать во Францию, где получил статус политического беженца. Во Франции Кастельес в 1964 году закончил факультет права и экономики Университета Сорбонны, а в 1967 получил степень доктора социологии Парижского университета.

С 1967 по 1979 гг. Кастельес преподавал в Парижском университете социологию и методологию социологических исследований. В 1972 году он издал свою первую книгу "La Question Urbaine » («The Urban Question. A Marxist Approach»), ставшую классикой исследований социологии города. Кастельес стал одним из основателей «новой социологии города», и опубликовал еще несколько работ в этой области. Марксистское направление в социологии, сторонником которого был Кастельес, подчеркивало роль общественных движений в трансформации городской среды.

Им была предложена концепция «коллективного потребления», служившего источником прогрессивных социальных конфликтов.

Оставив в начале 1980-х марксизм, Кастельес начал исследовать роль новых технологий в реструктуризации экономики и развитии общества. В 1989 году им была предложена концепция «потоков», материальных и нематериальных компонентов глобальной мировой экономической и информационной сети. В 1990-х Кастельес обобщил результаты своих исследований в трилогии «Информационный век: экономика, общество и культура», опубликованной в 1996-1998 году.

В трилогии он суммирует свое представление о функционировании и устройстве общества в тезисе «наши общества все более структурируются вокруг биполярной оппозиции между Сетью и Самостью» (the Net and the Self). Сеть означает новые, сетевые формы организации, а Самость относиться к многочисленным практикам, с помощью которых люди утверждают собственную идентичность в изменяющемся мире.

Кроме того, авторству Кастельеса принадлежит термин «Четвертый мир». Близкий к «крайнему геоэкономическому югу» А. Неклессы, термин «четвертый мир» описывает страны и территории, полностью лишенные связи с другими «мирам» и обществами. Лишенные связи и средств развития и изменения, эти территории становятся своего рода белыми пятнами на геоэкономической карте мира.

В 1995-1997 году Кастельес принимал участие в работе экспертной группы высшего уровня по информационному обществу Европейской Комиссии. Кастельес был советником ЮНЕСКО и различных подразделений ООН, сотрудничал с USAID, Европейской комиссией, правительствами Чили, Мексики, Франции, Эквадора, Китая, России, Португалии и Испании.

В 1979 году Кастельес получил должность профессора социологии и городского и регионального планирования в Калифорнийском университете, в 2001 - в Открытом университете Каталонии (Барселона), а в 2003 работал исследователем в Университете Южной Калифорнии.

В Беркли (Калифорнийский университет) Кастельес преподает социологию информационного общества, курс по информационным технологиям и обществу, сравнительный анализ городской и региональной политики; ведет семинары по региональному развитию.

Мануэль Кастельес живет в Беркли (штат Калифорния, США). Женат, имеет двоих детей и трех внуков.

Мануэль Кастельс - испанский социолог с левыми взглядами, который посвятил свою жизнь изучению информационного общества, коммуникации и Индекс цитирования социальных наук в своем обзоре за 2000-2014 годы дает ему пятое место среди наиболее упоминаемых в прессе ученых мира. Он является лауреатом премии Хольберга (2012) за вклад в развитие теории информационного (постиндустриального) общества. А в следующем году получил престижную награду Бальзана в области социологии. Кстати, премия Хольберга является аналогом Нобелевской, только в сфере общественных и гуманитарных наук. В данное время Мануэль Кастельс занимает пост директора исследований социологического отделения Кембриджского университета, а также является профессором высших учебных заведений Лос-Анджелеса и Беркли.

Детство и юность

Мануэль Кастельс родился в маленьком городке Эльин в испанской провинции Альбасете (Ла Манча) в 1942 году. Там он вырос и провел детство. Но в юности будущий социолог часто переезжал. Он жил в Альбасете, Мадриде, Картахене, Валенсии и Барселоне. Его родители происходили из очень консервативной семьи. Поскольку юность Мануэля прошла во франкистской Испании, ему с детства пришлось сопротивляться всему своему окружению. Поэтому чтобы остаться самим собой, он заинтересовался политикой с пятнадцати лет. В Барселоне молодой человек поступил в университет и изучал экономику и право. Там он вступил в подпольное анти-франкистское студенческое движение "Рабочий Фронт". Его деятельность обратила на себя внимание спецслужб страны, а потом начались аресты его друзей, в связи с чем Мануэль вынужден был эмигрировать во Францию.

Начало ученой карьеры

В двадцать лет Мануэль Кастельс получил высшее образование в Сорбонне. Затем написал докторскую по социологии при Одним из его преподавателей был Ален Турен. В двадцать четыре года Кастельс уже был инструктором при нескольких университетах Франции. Тогда он начал заниматься урбанистикой и преподавать методологию общественных исследований и городской социологии. Ему даже довелось учить знаменитого Даниэля Кон-Бендита в Университете Западный Париж - Нантер-Ля-Дефанс. Но его оттуда уволили в связи с поддержкой студенческих протестов 1968 года. Затем он стал преподавателем Высшей школы социальных наук, где работал до 1979 года.

Дальнейшая жизнь

В конце 70-х годов прошлого века Мануэль Кастельс стал профессором социологии Беркли. Он сделался также ответственным за такую дисциплину, как «городское и региональное планирование». На родине его тоже не забыли - разумеется, после смерти Франко. В 80-90-х годах он работал директором Института социологии новых технологий при Автономном университете Мадрида. В 2001 году он занял должность профессора в Барселоне. Этот вуз назывался Открытым университетом. Кроме того, его приглашают читать лекции во многие высшие школы всего мира. С 2003 года Кастельс сделался профессором по коммуникации в Университете Южной Калифорнии. Он также возглавляет Центр общественной дипломатии в этом учебном заведении. С 2008 года является членом правления Европейского института инноваций и технологии. Живет в Испании и США, проводя время то в одном, то в другом месте.

Связи с Россией и частная жизнь

Интересно, что для такого крупного ученого, как Мануэль Кастельс, изучение города и его проблематики стало и толчком к личным отношениям. Социолог с мировым именем приезжал в Советский Союз в 1984 году на конференцию Международной социологической ассоциации, которая проходила в городе Новосибирске. Там он познакомился с русской ученой Эммой Киселевой, которая впоследствии вышла за него замуж. После распада СССР Кастельс приезжал в Россию в составе группы иностранных советников по вопросам реформ и планирования, но его рекомендации были сочтены неприемлемыми. Тем не менее он продолжал писать книги и статьи о современном информационном обществе. Некоторые из них были посвящены месту и роли России. Они написаны в соавторстве с Эммой Киселевой. В русскоязычной литературе принято считать, что Кастельс является постмарксистом, но сам ученый достаточно критически относится к коммунистическим идеям и полагает, что реализация всякой утопии ведет к тоталитаризму.

Теории Мануэля Кастельса

Является автором двадцати книг и более чем ста статей. Проблемы городской жизни были главной темой его первого произведения. Но не только это интересовало такого ученого, как Мануэль Кастельс. Главные труды его посвящены исследованию организаций и институций, роли интернета в жизни общества, социальных движений, культуры и политической экономии. Кроме того, считается, что Кастельс является одним из крупнейших социологов современности, специализирующихся в области знаний об информационном обществе. Его труды на эту тему оцениваются как классические. Ученого интересует состояние человека и социума в контексте процессов развития глобальной сети Интернет. Он также исследовал проблематику общественных изменений, которые стали следствием технологической революции. Этому он посвятил свою монументальную трилогию «Информационная эпоха: экономика, социум и культура». Первый том ее называется «Возникновение сетевого общества», второй - «Власть идентичности», а третий - «Конец тысячелетия». Эта трилогия вызвала множество дискуссий в ученой среде. Популярным ее резюме явился труд «Галактика Интернет».

Мануэль Кастельс: концепция информационного способа развития

Новые технологии семидесятых годов произвели резкие изменения в социальной и экономической структуре общества. Достаточно жесткие институции и вертикали стали сменяться сетями - гибкими, подвижными и горизонтально ориентированными. Именно через них теперь осуществляется и власть, и обмен ресурсами, и многое другое. Для Кастельса очень важно продемонстрировать, что международные связи в области бизнеса и культуры и развитие информационной технологии - явления взаимозависящие и неразрывные. Все сферы жизни, начиная с политической деятельности крупных государств и заканчивая повседневным бытом обычных людей, изменяются, попадая в глобальные сети. Эти технологии поднимают на невиданную высоту в современном обществе значение знания и информационных потоков. Теоретики постиндустриализма тоже это отмечали, но доказал это развернуто только Мануэль Кастельс. Информационная эпоха, которую мы наблюдаем в данное время, сделала знания и их передачу основным источником продуктивности и власти.

Как общество стало сетевым

Мануэль Кастельс анализирует также признаки этого явления. Одной из характерных черт информационной эпохи является сетевое структурное развитие общества по определенной логической цепочке. К тому же этот социум изменяется на фоне ускорения и противоречий процессов глобализации, задевающих весь земной шар. Ядро этих трансформаций, по мнению Кастельса, связано с технологиями обработки информации и коммуникаций. В частности, огромную роль здесь сыграла с ее компьютерной индустрией. Эффекты и последствия этого стали охватывать все сферы человеческой жизнедеятельности. Одним из них стало, как считает Мануэль Кастельс, Оно инициирует логику изменений социальной системы и приводит к тому, что наиболее успешным явлением стала способность к гибкости, реконфигурации. Глобализация экономики тоже стала таким следствием. Ведь основные виды деятельности, такие как капитал, труд, сырье, технологии, рынки, организуются, как правило, в мировом масштабе с помощью сетей, связывающих рабочих агентов.

Мануэль Кастельс: «Власть коммуникаций»

Один из последних трудов этого крупнейшего социолога современности, написанный в 2009 году, но только недавно переведенный на русский язык, является учебным пособием о политических процессах наших дней, существующих в мире медиа и интернета. Он показывает, как работают технологии власти, использующие привлечение внимания общества к какому-то событию или явлению. Кроме того, коммуникации влияют на рынок труда, дают новые возможности террористам, а также приводят к тому, что каждый человек на нашей планете становится не только потребителем, но и источником информации. В то же время эти технологии сделали невозможным контроль над сознанием. Они привели не только к созданию «фабрик мысли», которыми пользуются крупные информационные «киты», но и к противоположному процессу «снизу», когда несколько сообщений, подхваченные волной социальных сетей, могут привести к взрыву, способному изменить систему.

Считается одним из крупнейших социологов современности, специализирующимся в области теории информационного (постиндустриального) общества . В начале научной карьеры изучал проблемы урбанистики .

Биография

В 1958 поступил в Барселонский университет. С 1960 участвовал в антифранкистском движении. В 1962 эмигрировал во Францию, учился в Парижском университете у Алена Турена .

В качестве приглашённого профессора читает лекции в крупнейших университетах мира.

Премии

Сочинения

На русском языке

• Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура / Пер. с англ. под науч. ред. О. И. Шкаратана . - М.: ГУ ВШЭ , 2000. - 608 с. (Перевод тома I трилогии «Information Age» с добавлением главы 1 из тома III (в этом издании это глава 8, посвященная коллапсу СССР и состоянию современной России) и итогового заключения ко всей работе из тома III).
  • Кастельс М., Киселева Э. // Мир России, 1999, № 3. (Статья представляет собой главу 8 из книги «Информационная эпоха»).
• Кастельс М., Химанен П. Информационное общество и государство благосостояния: Финская модель. / Пер. с англ. А.Калинина, Ю.Подороги. - М.: Логос, 2002. - 219 с.
• Кастельс М. Галактика Интернет: Размышления об Интернете, бизнесе и обществе (англ.) русск. / Пер. с англ. А. Матвеева под ред. В. Харитонова. - Екатеринбург: У-Фактория (при участии Гуманитарного ун-та), 2004. - 328 с. (Серия «Академический бестселлер»).
• Кастельс М., Киселева Э. Россия и сетевое сообщество. // Мир России. 2000, № 1.
• Кастельс М. Власть коммуникации: учеб. пособие / Пер. с англ. Н.М. Тылевич (под науч. ред. А.И. Черных) - М.: ГУ ВШЭ, 2016. - 563 с.

На английском языке

• The Urban Question. A Marxist Approach (trans: Alan Sheridan). London, Edward Arnold (1977) (Original publication in French, 1972)
• City, Class and Power. London; New York, MacMillan; St. Martins Press (1978)
• The Economic Crisis and American Society. Princeton, NJ, Princeton University Press (1980)
• The City and the Grassroots: A Cross-cultural Theory of Urban Social Movements. Berkeley: University of California Press (1983)
• The Informational City: Information Technology, Economic Restructuring, and the Urban Regional Process. Oxford, UK; Cambridge, MA: Blackwell (1989)
• The Rise of the Network Society, The Information Age: Economy, Society and Culture, Vol. I. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell (1996) (second edition, 2000)
• The Power of Identity, The Information Age: Economy, Society and Culture, Vol. II. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell (1997) (second edition, 2004)
• The End of the Millennium, The Information Age: Economy, Society and Culture, Vol. III. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell (1998) (second edition, 2000)
• The Internet Galaxy. Reflections on the Internet, Business and Society. Oxford University Press (2001)
• The Information Society and the Welfare State: The Finnish Model. Oxford University Press , Oxford (2002) (co-author, Pekka Himanen)
• The Network Society: A Cross-Cultural Perspective. Cheltenham, UK; Northampton, MA, Edward Edgar (2004), (editor and co-author)
• The Network Society: From Knowledge to Policy. Center for Transatlantic Relations (2006) (co-editor)
• Mobile Communication and Society: A Global Perspective (англ.) русск. . MIT Press (2006) (co-author)

На испанском языке

• La nueva revolución rusa. Madrid, Sistema (1992) («Новая русская революция»)

Напишите отзыв о статье "Кастельс, Мануэль"

Примечания

Литература

• Латова Н. В. // Кругосвет .
• // Социология: Энциклопедия / Сост. А. А. Грицанов , В. Л. Абушенко , Г. М. Евелькин, Г. Н. Соколова, О. В. Терещенко. - 2003.

Ссылки

• - на английском

Отрывок, характеризующий Кастельс, Мануэль

Багратион оглянул свою свиту своими большими, ничего невыражающими, невыспавшимися глазами, и невольно замиравшее от волнения и надежды детское лицо Ростова первое бросилось ему в глаза. Он послал его.
– А ежели я встречу его величество прежде, чем главнокомандующего, ваше сиятельство? – сказал Ростов, держа руку у козырька.
– Можете передать его величеству, – поспешно перебивая Багратиона, сказал Долгоруков.
Сменившись из цепи, Ростов успел соснуть несколько часов перед утром и чувствовал себя веселым, смелым, решительным, с тою упругостью движений, уверенностью в свое счастие и в том расположении духа, в котором всё кажется легко, весело и возможно.
Все желания его исполнялись в это утро; давалось генеральное сражение, он участвовал в нем; мало того, он был ординарцем при храбрейшем генерале; мало того, он ехал с поручением к Кутузову, а может быть, и к самому государю. Утро было ясное, лошадь под ним была добрая. На душе его было радостно и счастливо. Получив приказание, он пустил лошадь и поскакал вдоль по линии. Сначала он ехал по линии Багратионовых войск, еще не вступавших в дело и стоявших неподвижно; потом он въехал в пространство, занимаемое кавалерией Уварова и здесь заметил уже передвижения и признаки приготовлений к делу; проехав кавалерию Уварова, он уже ясно услыхал звуки пушечной и орудийной стрельбы впереди себя. Стрельба всё усиливалась.
В свежем, утреннем воздухе раздавались уже, не как прежде в неравные промежутки, по два, по три выстрела и потом один или два орудийных выстрела, а по скатам гор, впереди Працена, слышались перекаты ружейной пальбы, перебиваемой такими частыми выстрелами из орудий, что иногда несколько пушечных выстрелов уже не отделялись друг от друга, а сливались в один общий гул.
Видно было, как по скатам дымки ружей как будто бегали, догоняя друг друга, и как дымы орудий клубились, расплывались и сливались одни с другими. Видны были, по блеску штыков между дымом, двигавшиеся массы пехоты и узкие полосы артиллерии с зелеными ящиками.
Ростов на пригорке остановил на минуту лошадь, чтобы рассмотреть то, что делалось; но как он ни напрягал внимание, он ничего не мог ни понять, ни разобрать из того, что делалось: двигались там в дыму какие то люди, двигались и спереди и сзади какие то холсты войск; но зачем? кто? куда? нельзя было понять. Вид этот и звуки эти не только не возбуждали в нем какого нибудь унылого или робкого чувства, но, напротив, придавали ему энергии и решительности.
«Ну, еще, еще наддай!» – обращался он мысленно к этим звукам и опять пускался скакать по линии, всё дальше и дальше проникая в область войск, уже вступивших в дело.
«Уж как это там будет, не знаю, а всё будет хорошо!» думал Ростов.
Проехав какие то австрийские войска, Ростов заметил, что следующая за тем часть линии (это была гвардия) уже вступила в дело.
«Тем лучше! посмотрю вблизи», подумал он.
Он поехал почти по передней линии. Несколько всадников скакали по направлению к нему. Это были наши лейб уланы, которые расстроенными рядами возвращались из атаки. Ростов миновал их, заметил невольно одного из них в крови и поскакал дальше.
«Мне до этого дела нет!» подумал он. Не успел он проехать нескольких сот шагов после этого, как влево от него, наперерез ему, показалась на всем протяжении поля огромная масса кавалеристов на вороных лошадях, в белых блестящих мундирах, которые рысью шли прямо на него. Ростов пустил лошадь во весь скок, для того чтоб уехать с дороги от этих кавалеристов, и он бы уехал от них, ежели бы они шли всё тем же аллюром, но они всё прибавляли хода, так что некоторые лошади уже скакали. Ростову всё слышнее и слышнее становился их топот и бряцание их оружия и виднее становились их лошади, фигуры и даже лица. Это были наши кавалергарды, шедшие в атаку на французскую кавалерию, подвигавшуюся им навстречу.
Кавалергарды скакали, но еще удерживая лошадей. Ростов уже видел их лица и услышал команду: «марш, марш!» произнесенную офицером, выпустившим во весь мах свою кровную лошадь. Ростов, опасаясь быть раздавленным или завлеченным в атаку на французов, скакал вдоль фронта, что было мочи у его лошади, и всё таки не успел миновать их.
Крайний кавалергард, огромный ростом рябой мужчина, злобно нахмурился, увидав перед собой Ростова, с которым он неминуемо должен был столкнуться. Этот кавалергард непременно сбил бы с ног Ростова с его Бедуином (Ростов сам себе казался таким маленьким и слабеньким в сравнении с этими громадными людьми и лошадьми), ежели бы он не догадался взмахнуть нагайкой в глаза кавалергардовой лошади. Вороная, тяжелая, пятивершковая лошадь шарахнулась, приложив уши; но рябой кавалергард всадил ей с размаху в бока огромные шпоры, и лошадь, взмахнув хвостом и вытянув шею, понеслась еще быстрее. Едва кавалергарды миновали Ростова, как он услыхал их крик: «Ура!» и оглянувшись увидал, что передние ряды их смешивались с чужими, вероятно французскими, кавалеристами в красных эполетах. Дальше нельзя было ничего видеть, потому что тотчас же после этого откуда то стали стрелять пушки, и всё застлалось дымом.
В ту минуту как кавалергарды, миновав его, скрылись в дыму, Ростов колебался, скакать ли ему за ними или ехать туда, куда ему нужно было. Это была та блестящая атака кавалергардов, которой удивлялись сами французы. Ростову страшно было слышать потом, что из всей этой массы огромных красавцев людей, из всех этих блестящих, на тысячных лошадях, богачей юношей, офицеров и юнкеров, проскакавших мимо его, после атаки осталось только осьмнадцать человек.
«Что мне завидовать, мое не уйдет, и я сейчас, может быть, увижу государя!» подумал Ростов и поскакал дальше.
Поровнявшись с гвардейской пехотой, он заметил, что чрез нее и около нее летали ядры, не столько потому, что он слышал звук ядер, сколько потому, что на лицах солдат он увидал беспокойство и на лицах офицеров – неестественную, воинственную торжественность.
Проезжая позади одной из линий пехотных гвардейских полков, он услыхал голос, назвавший его по имени.
– Ростов!
– Что? – откликнулся он, не узнавая Бориса.
– Каково? в первую линию попали! Наш полк в атаку ходил! – сказал Борис, улыбаясь той счастливой улыбкой, которая бывает у молодых людей, в первый раз побывавших в огне.
Ростов остановился.
– Вот как! – сказал он. – Ну что?
– Отбили! – оживленно сказал Борис, сделавшийся болтливым. – Ты можешь себе представить?

Мануэль Кастельс

Галактика Интернет

Предисловие к русскому изданию

В России происходит одновременно несколько переходных процессов. Один из самых значимых - технологический и организационный переход к информационному обществу. Богатство, власть, общественное благополучие и культурное творчество в России XXI века во многом будут зависеть от ее способности развить модель информационного общества, приспособленную к ее специфическим ценностям и целям. Интернет - это информационная технология и социальная форма, которая воплощает в себе информационную эпоху так же, как электрический двигатель был рычагом социальных и технических изменений индустриальной эпохи, В лежащей перед вами книге предпринимается анализ Интернета как культурного явления вместе с тем широким влиянием, которое оказал Интернет на бизнес,политику, личные взаимоотношения и сферу коммуникаций. Интернет изначально создавался как средство свободной глобальной коммуникации.

В то время как технология не гарантирует свободу, Интернет на самом деле является мощным инструментом как для осуществления личной свободы, так и свободы общественных групп. Тем не менее свобода не предполагает ее непременно позитивной социальной реализации, поскольку все зависит от того, как люди и социальные институты относятся к свободе. Так, быстрое распространение Интернета по всему миру сопровождается бытующими в средствах массовой информации разнообразными слухами и мифами о возможном негативном воздействии Интернета. Совсем недавно один высокопоставленный чиновник российского правительства выразил свое отрицательное отношение к Интернету на том основании, что он может оказать разрушительное влияние на детей. Как демонстрирует эта книга, эмпирические исследования развенчивают большинство подобных мифов. Более того, судить об Интернете в терминах «хорошо» или «плохо» вообще неправильно. Технологии хороши или плохи в зависимости от нашего их использования, Они суть продолжения нас самих.

Во всяком случае, независимо от нашего отношения к Интернету, мы должны считаться с тем, что Интернет и компьютерные сети в целом уже стали становым хребтом всех современных обществ по всему миру. Если в 1995 году в мире насчитывалось менее 10 миллионов пользователей Интернета, к концу 2003 года их стало около 700 миллионов, а к 2005 году их количество достигнет миллиарда, даже если учитывать громадную разницу между развитыми и развивающимися странами. Кроме того, вся деятельность, от финансовой сферы и СМИ до политики и общественных движений, организована вокруг сетей Интернета. Таким образом, реальный вопрос для людей, для бизнеса, для институтов - это как жить с Интернетом. Для того чтобы ответить на этот вопрос каждому со своей собственной точки зрения, нам нужно на основе научного исследования собрать все, что мы знаем о социальном, экономическом и политическом значении Интернета. Как раз это и является целью настоящей книги: суммировать и проанализировать данные исследований Интернета, проведенных за последние несколько лет. И хотя большинство этих данных получены в исследованиях, проведенных на Западе, в особенности в Соединенных Штатах, кажется, что они соответствуют исследованиям, проводимым и в других странах, например обзорному исследованию использования Интернета, которое я провел в Каталонии в 2002 году, и последним исследованиям, проведенным в Китае и Латинской Америке.

Что мы можем усвоить из этих исследований? Не опережая выводов анализа, предпринятого в настоящей книге, заслуживает внимания следующее.

1) Интернет был построен его создателями, по преимуществу учеными и студентами, как средство свободной коммуникации. Кроме того, функционирование Интернета обеспечивалось программами, свободно распространявшимися по сети. Даже сегодня на Apache и Linux, программах с открытым исходным кодом, работают две трети web-серверов по всему миру. Благодаря его структуре, контролировать Интернет возможно, но это весьма затруднительно, хотя правительства и пытаются подавить свободную коммуникацию посредством идентификации отправителей и получателей незаконных сообщений, налагая наказания на них и провайдеров Интернет-услуг. Однако из-за глобальной маршрутизации Интернета почти всегда можно найти альтернативные пути передачи сообщения для избежания контроля, как это делают пользователи Интернета в Китае. Таким образом, Интернет является, в первую очередь, универсальным социальным пространством свободной коммуникации.

2) Эмпирические данные свидетельствуют о том, что Интернет не содействует социальной изоляции и личному отчуждению. В действительности он способствует внутрисоциальному взаимодействию и построению межличностных сетей. Он содействует увеличению f2f-коммуникации (face-to-face, лицом к лицу), а не избавляет от нее. Самоуправляемая на основе личного выбора сетевая (онлайновая и оффлайновая) коммуникация является развивающейся формой социального взаимодействия в информационную эпоху. Использование Интернета исключительно для онлайновых чатов и ролевых игр весьма ограничено, прежде всего кругом тинейджеров и молодых пользователей. Интернет имеет отношение к реальной жизни людей. В нашем обществе формируют реальность и физический, и виртуальный миры.

3) Интернет крайне важен для бизнеса. Но не для чисто онлайнового, виртуального бизнеса. Дот-комы занимающиеся онлайновыми продажами, не нашли адекватной бизнес-модели, и их неудача спровоцировала кризис новой экономики в 2000- 2002 годах. Однако эконометрические изыскания и case-исследования показывают, что Интернет является весьма существенным фактором увеличения производительности и конкурентоспособности, делая возможным распространение сетевых форм организации бизнеса. Так, в Соединенных Штатах на протяжении экономического спада 2000-2003 годов производительность продолжала расти с очень высокой скоростью (4% в год в среднем и 6,8% в 2003 году), и это напрямую связано с построением организационных сетей и использованием компьютеров и Интернета.

Таким образом, новая экономика существует, но связана она не с виртуализацией бизнеса, а с изменением форм и процессов деятельности во всех сферах бизнеса за счет использования знаний, коммуникационных технологий и сетей в качестве базовой организационной формы.

Итак, Интернет - это не просто очередная техническая новинка или технология. Это ключевая технология информационной эпохи. Он воплощает культуру свободы и личного творчества, будучи как источником новой экономики, так и общественного движения, базирующегося скорее на изменении человеческого сознания, чем на увеличении власти государства. Использование Интернета, однако, зависит от того, какими являются использующие его люди и общество. Интернет не определяет, что следует людям делать или как им жить. Напротив, именно люди создают Интернет, приспосабливая его к своим потребностям, интересам и ценностям. Вот почему развитие Интернета в России будет обусловлено тем, какой именно будет российское общество в этот момент истории.

КАСТЕЛЬС, МАНУЭЛЬ (Castells, Manuel)(р. 1942) – социолог-постмарксист, ведущий исследователь информационного (постиндустриального) общества, один из основателей теории новой социологии города.

Родился 9 февраля 1942 в Испании, в городке Хеллин (провинция Ла Манча). Его родители работали в министерстве финансов. В 1958, в возрасте 16 лет, поступил в Барселонский Университет, где занимался по двум направлениям – праву и экономике. В 1960 примкнул к тайному леворадикальному Рабочему Фронту Каталонии, борющемуся с режимом Франко. Когда в 1962 начались аресты друзей Кастельса по университету, ему пришлось тайно покинуть Испанию, не закончив образования. Став политическим беженцем, обосновался в Париже, поступил на факультет права и экономики в Сорбонне.

Разочаровавшись в политической борьбе, Кастельс решил посвятить себя академической карьере. Наиболее подходящей наукой, отражающей его интерес к политическим аспектам жизни общества, он посчитал социологию. Так как его увлекали проблемы классовой борьбы трудящихся, он выбрал научным руководителем французского социолога Алена Турена, известного левыми взглядами. Турен предложил ему специализацию по урбанистической социологии. По этой теме Кастельс в 1967 защитил докторскую диссертацию.

Самостоятельную академическую карьеру начал в университете Парижа, где в 1967–1979 преподавал методологию социальных исследований и социологию города. Принимал участие в студенческих леворадикальных волнениях 1968.

В 1972 выходит его первая работа, получившая большую известность, – Городской вопрос: марксистский подход . В том же году он получил звание профессора.

В 1979 Кастельс переехал в США и начал работать профессором социологии и социального планирования в Калифорнийском университете (Беркли). С 1995 является директором Центра западноевропейских исследований того же университета.

В США Кастельс быстро стал одним из ведущих специалистов по проблемам информационного (постиндустриального) общества. Если его предшественники (например, Д.Белл , автор концепции постиндустриального общества) определяли новый общественный строй в основном через отрицание (постиндустриальное – после индустриального), то Кастельс дал ему развернутое позитивное определение – как общества, основанного на информационных технологиях. Самым известным результатом его исследований стал трехтомный труд Информационный век: экономика, общество и культура («The Information Age», 1996–1998).

С 2001 работает профессором Открытого университета Каталонии в Барселоне, а с 2003 – профессором USCAnnenberg School for Communication, американского исследовательского центра, изучающего сетевые коммуникации. Как «гражданин мира», Кастельс живет одновременно в Каталонии и в Калифорнии, часто выезжая в качестве приглашенного профессора в другие страны. За время своей академической деятельности читал лекции в более чем 40 странах мира. Обладатель многих наград за вклад в развитие социологии, был участником программ Европейской Комиссии, ЮНЕСКО и ООН.

Научная деятельность Кастельса может быть разделена на два основных направления.

К первому относятся его ранние работы, связанные с разработкой собственно марксистской теории развития общества в рамках социологии города. Здесь он ввел понятие «коллективного потребления» (например, общественный транспорт и общественное жилье), которое создает благоприятную почву для развития социальных движений. Как и марксисты, Кастельс стремится к комплексному анализу развития общества, обращая основное внимание на социальные противоречия и конфликты. Он, однако, отрицает тезис о рабочем классе как главном двигателе перемен и демонстрирует критическое отношение к коммунистическим режимам.

Второе, главное направление его научной деятельности, связано с рождением информационного общества и теми изменениями, которые принесла научно-техническая революция. Эти изменения, по мнению Кастельса, сравнимы с промышленной революцией и даже превосходят ее.

Согласно Кастельсу, новые технологии, связанные с производством информации как нематериальных благ, формируют принципиально новое, информационное общество. Возможности информационных технологий приводят к зарождению единой социально-экономической системы, объединяющей весь мир. Информационная эпоха порождает общество, которое, как полагает Кастельс, является не только глобальным, но еще и сетевым (network society) – оно развивается спонтанно, в результате взаимодействия многих социальных групп и отдельных людей.

Хотя процветание стран еще зависит от развития их внутренней экономики, а не от глобального рынка, но в самых развитых отраслях экономики (финансы, телекоммуникации и СМИ) уже видна общемировая тенденция глобализации. Ключевой элемент этой системы – обладание информационными технологиями (в частности, возможностями сети Интернет). Именно они предопределяют место страны в мировой иерархии. Для некоторых стран и континентов (например, Африки) существует угроза оказаться вне всемирной сети, быть выброшенными из мировой информационной системы. Эти страны и территории образовывают, как назвал их Кастельс, «Четвертый мир». Но и в развитых странах не всем удается освоить новый образ жизни, основанный на постоянном использовании информации. Существовавшая раньше социальная противоположность владельцев средств производства и наемных рабочих сменяется, по Кастельсу, делением на Интернет-имущих и Интернет-неимущих.

Мануэль Кастельс неоднократно бывал в России. В 1984 на рабочем совещании Всемирной социологической организации в Новосибирске он познакомился с социологом Эммой Киселевой, на которой женился в 1993. В России он работал руководителем группы зарубежных экспертов, приглашенных в 1992 правительством РФ. Хотя рекомендации группы Кастельса были отклонены, он сохранил устойчивые связи с российскими академическими кругами и часто посещает нашу страну.

В своих публикациях о проблемах социально-экономического развития России он критически характеризует реформы 1990-х, считая, что они не сократили, а увеличили отрыв России от развитых стран. «Россияне, – пишет он, – в своем большинстве… живут замкнуто, в изоляции от остального мира». По его мнению, Россия оказалась разорванной между немногими городскими мегаполисами, связанными с глобальной экономикой, и огромной территорией вокруг них (сельские местности и провинции), которые почти никак не связаны с реалиями информационной эпохи и маргинализуются. Скептически оценивая российскую политическую систему, Кастельс связывает «переосмысление России» с развитием неправительственных организаций, которые могли бы стать двигателем новых, истинно прогрессивных социальных изменений.

Интернет-ресурсы:

Кастельс М., Киселева Э. Кризис индустриального этатизма и коллапс Советского Союза – Мир России, 1999, № 3 (http://www.rus-lib.ru/book/30/eko/02/02-3/003-056.html)

Кастельс М., Киселева Э. Россия и сетевое сообщество. –Мир России. 2000, № 1 (http://www.rus-lib.ru/book/30/eko/02/02-1/023-052.html)

Иноземцев В.Л. Возвращение к истокам или прорыв в будущее ? – Социологические исследования, № 8, 1998

(http://www.postindustrial.net/content1/show_content.php?table=reviews&lang=russian&id=15)

Наталия Латова